01.09.2015
Современные священные рощи и священные деревья у абхазов
Друидизм [фр. druidisme (кельт.)] – религия древних кельтов, состоявшая в почитании деревьев и, в целом, природы, обязательным атрибутом которой являлись религиозные обряды в священных рощах и у отдельно стоящих священных деревьев. Древопоклонение или культ деревьев в том или ином виде встречается у всех народов, сохранивших в своем быту пережитки первобытной культуры. Термины «друиды» и «друидизм» традиционно используются в этнографической литературе для описания религиозных представлений италийских племен, германцев, славян, литовцев, финно-угорских и кавказских народов.
У абхазов культ дерева представлял собой одну из наиболее устойчивых форм древнейших верований. Первые письменные свидетельства об этом принадлежат Прокопию Кесарийскому (VI в.), который писал о населении Абхазии: «Эти варвары еще в мое время почитали рощи и деревья. По своей варварской простоте они полагали, что деревья являются богами» [1, 382].
Начиная со второй половины VI в., после объявления христианства государственной религией во всей Лазике (Абхазия в тот период входила в состав Лазского царства), на территории Абхазии стали воздвигаться христианские храмы. Они строились, как правило, в местах прежних языческих святилищ в священных рощах.
В книге «История Понта», изданной в Венеции в 1819 г. Минас Медичи писал об абхазах: «Они почти все почитатели деревьев и поклоняются большим деревьям, которые иногда украшают множеством различных предметов и цветов, а также вешают на них свои сабли и оружие. Все духовные церемонии должны были ими совершаться вблизи этих деревьев» [2, 172].
О почитании деревьев у абхазов упоминают в XIX в. многие русские авторы. Так, С. Броневский указывал на уважительное отношение абхазов к старым дубам: «всякое колено имеет у себя такой дуб на примете», «перед начинанием какого-либо важного дела, как-то: перед походом против неприятеля, они становятся хороводом вокруг священного дерева, втыкают в него саблю и другие вещи и отправляют обряды, за коими следует пир» [3, 62-63].
К концу XIX века, накопившийся огромный материал о культе деревьев у кавказских народов был обобщен в работе Е.Г. Вейденбаума «Священные рощи и деревья у кавказских народов». [4].
В народе хорошо сохранились воспоминания, когда все моления и общественные собрания проходили в священных рощах или под отдельными почитаемыми деревьями. Народные собрания абжуйцев еще недавно проводились под огромным ореховым деревом в селе Моква, бзыбцев – в селе Лыхны, недалеко от храма, в священной липовой роще. В 1907 году, когда это место посетил А. Миллер, здесь еще сохранялась каменная скамья, на которой сидел князь во время совещания [5, 13].
Как отмечает известный специалист по истории абхазского язычества Л. Акаба, с культом деревьев связано подавляющее большинство молений абхазов: семейных, родовых, общественных [5, 13]. У абхазов все породы деревьев делятся на два противоположных класса: приносящих счастье, т.е. «счастливых», и не приносящих счастье, т.е. «несчастливых». Деревья, считавшиеся в представлении абхазов счастливыми, были наделены свойствами священных деревьев, таковыми считались: липа, орех мелкий, орех крупный, граб, тис, бук и другие.
По материалам Г.Смыр, к числу священных деревьев у абхазов относятся также инжир, яблоня, груша и другие. Инжир считался «первым и любимым пророком фруктовым деревом», яблоня представлялась «райским деревом». К числу деревьев, приносящих несчастье, относились: тополь, плакучая ива, хурма мелкая, шелковица и другие. Если на избранном для строительства дома месте росли эти деревья, то их вырубали [5, 14].
Представления абхазов о счастливых и несчастливых деревьях лежали в основе их предохранительной и вредоносной магии. Из пород священных деревьев (напр., кислицы) делались амулеты для защиты от сглаза, удара молнии и других несчастий, а из вредоносных растений делались магические предметы, направленные на причинение вреда [5, 15].
Но наиболее почитаемым деревом у абхазов был дуб. Многие авторы, писавшие об Абхазии, обращали внимание на тот факт, что большинство языческих святилищ представляло собой дубовые рощи или единичное дерево этой породы, отличавшееся большими размерами, долголетием или еще какими-либо признаками. Например, в с. Бармышь (Гудаутский р-н) еще в 1960-х годах помнили о вековом дубе, растущем вблизи храма. Назывался он Бармышским и под ним устраивались народные собрания [6, 365]. Под дубом совершалось большинство родовых и фамильных молений. Священные дубовые рощи или отдельные деревья этой породы были в прошлом и местом принесения очистительной присяги. Среди многих абхазов и в наше время удерживается вера в неизбежность наказания за дачу ложной присяги перед этим деревом.
Истоки сакрального почитания дуба многообразны. Дубовые леса в Абхазии чрезвычайно распространены, и к тому же они всегда были главным местом охотничьего промысла, который сам по себе воспринимался как священнодействие. Наряду с этим значительную роль в сакрализации этого дерева послужило то, что растущие на нем желуди служили источником питания как для человека, так и для диких зверей, на которых он охотился.
Абхазам также хорошо были известны и целебные свойства коры и листьев дуба. Дуб широко использовался в знахарстве, при заговорах от дурного сглаза. Наконец, исключительное значение дуба в повседневной бытовой практике, а также отмеченная распространенность дубовых лесов на территории Абхазии, обусловили наличие большого числа топонимов, в основе которых лежит данное наименование. (Бармышь адж).
Одним из главных источников обожествления дубового дерева было его свойство привлекать к себе молнию, а все, что было связано с ней, а точнее – с великим богом молнии Афы, у абхазов было сакральным. Тем не менее, в определенной ситуации побеждали вполне практические соображения. Так, абхазы, срубали любое дерево этой породы, если оно росло вблизи усадьбы, чтобы обезопасить себя от удара молнии [6, 366].